Но при этом многие компании до сих пор мыслят категориями «поставить стеллажи» или «купить конвейер».

Леонид Пояндаев, собственник Группы компаний «Бережливый склад», смотрит на отрасль иначе. За более чем 20 лет в логистике он прошёл путь от операционной практики до создания экосистемы, объединяющей оборудование, автоматизацию, строительство и собственные IT-решения.

В интервью нашему изданию он объясняет, почему автоматизация не работает без анализа и чёткого целеполагания, как изменился рынок после ухода иностранных игроков и что на самом деле стоит за понятием «бережливый склад».

– Леонид Александрович, Группа компаний «Бережливый склад» сегодня объединяет несколько направлений: складское оборудование, автоматизацию, роботизацию, строительство быстровозводимых складов и монтажные работы. Как бы вы сами определили суть бизнеса группы?

– Если говорить коротко, мы создаём для клиента не отдельный складской элемент, а работающую инфраструктуру. Склад – это не просто стеллажи, конвейеры, здание или программное обеспечение. Это единый организм, где всё должно быть связано: складские площади, логика товаропотока, металлоконструкции, автоматизация, монтаж, дальнейшая эксплуатация и сервис.

Именно поэтому группа развивалась не как набор случайных компаний, а как экосистема. ООО «Бережливый склад» отвечает за поставку, выкуп, монтаж, демонтаж и комплексные решения по складскому оборудованию. АО «РОББОКС» развивает автоматизацию, роботизацию и собственную WCS-платформу Robbox Control System. Мы стали резидентами ИЦ «Сколково», получили статус малой технологической компании. ООО «Быстровозводимые здания» закрывает строительное направление – склады, производственные и коммерческие строения на металлокаркасе. ООО «ИНСТАЛЛ» усиливает нас с точки зрения профессионального монтажа и пусконаладочных работ по всей России и странам ближнего зарубежья.

В результате клиент получает не разрозненных подрядчиков, а единого стратегического партнёра, который понимает весь цикл: от идеи и проектирования до запуска объекта, последующего сервиса и развития. «Мы создаём для клиента не отдельный складской элемент, а работающую инфраструктуру».

– Вы работаете в сфере складской логистики более 20 лет. Как за это время изменился сам рынок?

– Рынок изменился принципиально. Раньше клиент чаще всего приходил с простым запросом: «Нужны стеллажи», «Нужен конвейер», «Нужно построить склад» и т.д. Сегодня всё иначе. Бизнесу нужно не «железо», а решения, работающие на эффективность: скорость обработки заказов, снижение ошибок, управляемость персонала, прозрачность процессов, окупаемость инвестиций.

Склад стал рассматриваться не как вспомогательное подразделение компании, он превратился в стратегический актив. Особенно это видно в e-commerce, дистрибуции, фармацевтике, автозапчастях, производственных компаниях. Проблемы на складе сегодня могут стоить не только денег, но и потери клиента. Поэтому заказчики стали гораздо внимательнее относиться к проектированию логистики, автоматизации и надёжности решений.

При этом рынок стал взрослее. Клиенты уже понимают, что дешёвое решение на старте может оказаться самым дорогим в эксплуатации. Поэтому всё чаще выбирают тех, кто умеет считать не только цену закупки, но и жизненный цикл решения.

– В чём ключевое отличие вашей группы от классических поставщиков складского оборудования?

– Классический поставщик часто продаёт то, что у него есть в каталоге. Мы идём от задачи клиента. У склада всегда есть конкретная экономика: объём входящего и исходящего товаропотока, количество и структура заказов в обработке, учёт пиков, планирование численности с учётом трудозатрат по операциям: приёмка, хранение, комплектация, отгрузка.

Мы не считаем правильным подход «поставить оборудование и уйти». Наша задача – чтобы склад давал измеримый результат. Поэтому мы смотрим шире: где можно применить стеллажные системы, где нужен мезонин, где оправдан конвейер, где целесообразна шаттловая система, где уже нужна роботизация, а где достаточно лишь грамотной реорганизации процессов.

Важное отличие – мы умеем объединять разные решения в одну систему. У нас есть опыт работы с оборудованием всех основных мировых и российских производителей, есть собственная WCS-платформа, есть монтажные ресурсы, есть строительное направление. Это позволяет нам не зависеть от одного завода или одного программного продукта, а собирать оптимальную конфигурацию под конкретную задачу.

– Почему вы выбрали название «Бережливый склад»? Это больше про экономию или про философию управления?

– Для нас «бережливость» – это не про экономию в моменте, а про отсутствие потерь: времени, пространства, человеческих усилий, денег, управляемости, качества. В начале 2000-х годов российские компании активно изучали международные методы менеджмента, в том числе японскую философию бережливого производства. В тот момент я работал в управлении логистики компании «Спортмастер», тогда и начался мой практический опыт применения этих методов для повышения эффективности работы склада.

В складской логистике потери часто незаметны. Лишние перемещения сотрудников, неправильная расстановка зон, неудобная логика хранения, простой техники, ошибки комплектации, избыточные площади и запасы, неудачно выбранное оборудование – всё это каждый день съедает прибыль компании. Иногда собственник даже не видит этих потерь напрямую, но они заложены в себестоимость каждой операции.

Во многом мы опираемся на принципы бережливого производства и Kaizen. Для нас важно не просто продать проект, а сделать процесс рациональнее. Хороший склад – это когда каждая операция имеет смысл, каждый метр площади работает, а каждая инвестиция имеет понятную цель.

– Какую роль в структуре группы играет АО «РОББОКС»?

– АО «РОББОКС» – это технологическое ядро группы. Если «Бережливый склад» исторически вырос из практической складской экспертизы и оборудования, то ROBBOX отвечает за следующий уровень – автоматизацию, роботизацию, интеллектуальное управление и интеграцию сложных систем.

Мы защитили инновационный проект в «Сколково» и стали резидентами, потому что видим будущее складской логистики именно в технологиях. Но важно понимать: для нас автоматизация – это не модное слово. Мы пришли к ней из реальной эксплуатации складов и хорошо знаем, где технология действительно нужна, а где она будет просто дорогой игрушкой.

ROBBOX развивает собственную WCSсистему Robbox Control System. Это программный слой, который управляет технологическим оборудованием склада: конвейерами, сортировщиками, подъёмниками, шаттлами, роботами и другими элементами. Система может взаимодействовать с WMS и ERP клиента, объединяя оборудование разных производителей в единую управляемую среду. И да, мы одни из немногих, кто может запустить почти любое оборудование, которое осталось без поддержки иностранных производителей.

– Сегодня многие говорят об автоматизации складов. В чём принципиальное отличие вашего подхода?

– Главное отличие – мы не начинаем с робота или конвейера. Мы начинаем с аудита, разбора всех процессов на предприятии. Автоматизировать хаос бессмысленно! Сначала нужно понять, как устроен товаропоток, где узкие места, какие операции повторяются, где возникают ошибки, как меняется нагрузка в пиковые периоды. Только после этого можно выбирать технологию. Иногда клиенту действительно нужна роботизация. Иногда достаточно правильно спроектированной конвейерной системы. Иногда наибольший эффект даёт изменение способа хранения – выбор стеллажных конструкций, изменение зональности или внедрение простого, но надёжного механизма контроля. Мы стараемся говорить с бизнесом на языке результата. Автоматизация должна усиливать хорошо выстроенный процесс и давать конкретный эффект: рост производительности, снижение зависимости от ручного труда, сокращение ошибок, ускорение обработки заказов, повышение прозрачности операций. Если процессы не выстроены, автоматизация может усилить имеющиеся недостатки: желаемого эффекта не настанет, и проект автоматизации не будет иметь смысла.

«Хороший склад – это когда каждая операция имеет смысл, каждый метр площади работает, а каждая инвестиция имеет понятную цель».

– Что такое Robbox Control System и почему собственная WCS стала для вас стратегически важной?

– Robbox Control System – это наше детище, система управления технологическим оборудованием склада. Если WMS отвечает за складскую логику на уровне заказов, ячеек, остатков и заданий, то WCS управляет физическим движением: куда поедет короб, на какой участок попадёт товар, как сработает конвейер, сортировщик, подъёмник, шаттл или робот.

Собственная WCS важна по нескольким причинам. Во-первых, она даёт независимость. Мы не привязаны к одному производителю оборудования или зарубежному программному контуру. Во-вторых, она позволяет объединять разные устройства в одну систему. В-третьих, она даёт гибкость при модернизации уже существующих складов.

После ухода ряда иностранных поставщиков у многих компаний возникла проблема: оборудование есть, но поддержка, запчасти, программная модернизация и развитие стали затруднены. Наша задача – помочь таким складам сохранить работоспособность, модернизировать управление и продлить жизненный цикл вложенных инвестиций. Это и есть поистине практическое импортозамещение.

– Насколько российский рынок готов к роботизации складов?

– Рынок адаптируется очень быстро, но он неоднородный. Есть крупные компании, которые уже понимают экономику роботизации и готовятся внедрять сложные решения. Есть средние компании, которым пока важнее понятная механизация и поэтапная автоматизация. И есть бизнесы, где сначала нужно навести порядок в базовых процессах склада.

Я бы не стал говорить, что всем срочно нужны роботы. Это не так. Роботизация оправдана там, где есть масштаб, повторяемость операций, дефицит персонала, высокая цена ошибки или серьёзные требования к скорости обработки.

Российский рынок сейчас находится в интересной точке. С одной стороны, есть потребность в независимости от иностранных решений. С другой – есть огромный спрос на повышение эффективности складов. Поэтому у отечественных технологических компаний появляется окно возможностей. Но выиграют не те, кто просто покажет красивого робота, а те, кто сможет встроить технологию в реальный бизнеспроцесс и обеспечить результат.

– Какую роль играет ООО «Быстровозводимые здания» в общей модели группы?

– Склад начинается не с оборудования, а со здания. ООО «Быстровозводимые здания» – это направление строительства складов на основе универсальных элементов, составляющих несущую металлоконструкцию склада. Иногда сложно спроектировать необходимую складскую систему, если само здание не соответствует будущим процессам. Высота, сетка колонн, шаг рам, ворота, полы, нагрузки, инженерные системы, температурный режим – всё это влияет на складскую эффективность.

ООО «Быстровозводимые здания» позволяет нам смотреть на ряд проектов с самого начала. Мы можем предложить клиенту не просто построить коробку, а создать здание под конкретную логистическую задачу. Это особенно важно для складов, производственных помещений, объектов малого и среднего бизнеса. Быстровозводимое строительство даёт скорость, гибкость и прогнозируемость бюджета. Но главное – оно должно быть связано с дальнейшей эксплуатацией, поэтому в комплексе решаются две задачи: построить склад быстро и построить склад, который быстро окупается.

– А какую функцию выполняет ООО «ИНСТАЛЛ»?

– ООО «ИНСТАЛЛ» – это практическая сила группы. В нашей отрасли качество монтажа и пусконаладочных работ имеет огромное значение. Можно спроектировать хорошую систему, выбрать правильное оборудование, но, если монтаж выполнен с ошибками, весь проект будет страдать.

Монтаж складского оборудования – это не просто «собрать металлоконструкцию». Это работа с нагрузками, геометрией, безопасностью, точностью, сроками, координацией на площадке. Особенно когда речь идёт о мезонинах, конвейерных линиях, сложных стеллажных системах или интеграции оборудования в уже работающий склад.

Наличие собственной монтажной компетенции позволяет нам контролировать качество, сроки и ответственность. Для клиента это означает меньше рисков и меньше разрывов между проектированием, поставкой и запуском.

«Бизнес хочет управляемости и предсказуемого результата».

– Вы часто говорите об интегративном подходе. Что он означает на практике?

– Интегратор – это не тот, кто просто перепродаёт оборудование разных производителей. Настоящий интегратор отвечает за результат всей системы. Он должен понимать технологию, знать аппаратную часть, программное обеспечение, вопросы, связанные с монтажом, эксплуатацией и экономикой для клиента.

На практике это означает, что мы можем собрать решение из разных элементов: стеллажи, мезонин, конвейер, сортировщик, шаттлы под управлением WCS, провести интеграцию с WMS, поддерживать систему с необходимым уровнем сервиса. При этом клиенту не нужно координировать десять подрядчиков и разбираться, кто за что отвечает.

Интегративный подход особенно важен сегодня, когда рынок стал сложнее. Есть российские решения, европейские и китайские решения, оборудование, оставшееся от западных производителей, локальные производители, различные программные платформы. Нужно уметь всё это соединять в работающую архитектуру. Это и есть наша сильная сторона.

– Какие ошибки чаще всего совершают компании при создании или модернизации склада?

– Первая ошибка – начинать с оборудования, а не с процесса. Клиент видит у кого-то красивый конвейер или робот и хочет «так же». Но у него может быть другая номенклатура, другая оборачиваемость, другие пики, другая экономика. Универсальных решений не бывает.


Вторая ошибка – недооценивать проектирование. Хороший склад нужно считать: товаропотоки, нагрузки, зоны, маршруты, производительность, резерв роста. Если это не сделать на старте, потом ошибки приходится исправлять уже в работающем бизнесе, а это всегда дороже.

Третья ошибка – смотреть только на стоимость закупки. Важно считать полную стоимость владения: монтаж, обслуживание, простои, доработки, запасные части, персонал, масштабирование.

И четвёртая ошибка – отсутствие единого ответственного. Когда здание проектирует один подрядчик, оборудование ставит второй, автоматизацию делает третий, монтаж выполняет четвёртый, а за итоговый результат не отвечает никто, клиент получает управленческий хаос.

– Какие проекты вы считаете наиболее показательными для группы?

– Для нас важны проекты, где удалось в сжатые сроки решить серьёзную производственную или логистическую задачу без остановки процессов, что зачастую связано с существенным снижением издержек клиента на модернизацию. Также важны проекты, в которых удалось достичь беспрецедентных показателей по сроку окупаемости предлагаемых решений. В части оборудования это могут быть разные проекты: с протяжёнными конвейерными системами, многоуровневыми мезонинами, сортировочными участками, автоматическими подъёмниками, накопительными станциями, системами перемещения грузов между блоками, уровнями и т.д.

Ценность таких проектов в том, что они показывают нашу практическую компетенцию. Тысячи реализованных проектов говорят о том, что мы умеем работать не на бумаге и в презентациях, а на реальных площадках и действующих складах, где есть сроки, ограничения, персонал, безопасность и ответственность перед клиентом. Например, показательными можно назвать проекты с компанией «Энергомикс».

– Насколько важна скорость реализации проектов в вашем бизнесе?

– Скорость важна, но она не должна разрушать качество. В логистике простой или задержка запуска часто стоят очень дорого. Если склад не готов к сезону, если распределительный центр не успевает к росту заказов, если производство ждёт складскую инфраструктуру – бизнес теряет деньги.

Поэтому мы уделяем большое внимание наличию оборудования, готовности монтажных команд, проектной дисциплине и возможности быстро собирать решения. Наличие группы компаний помогает ускорять проекты, потому что многие компетенции находятся внутри: оборудование, монтаж, автоматизация, строительство.

Но я всегда подчёркиваю: быстро – не значит хаотично. Быстро – это когда заранее выстроены процессы, есть опыт, команда, складские запасы, понятная инженерная логика и ответственность.

– Как вы оцениваете перспективы отечественных решений в складской автоматизации?

– Перспективы серьёзные. Российский рынок был долго зависим от иностранных технологий, но последние годы показали, что нам необходимо развивать собственные компетенции. Это касается не только оборудования, но и программного обеспечения, систем управления, вопросов интеграции и сервисной поддержки.

При этом важно не впадать в иллюзии. Нельзя просто объявить продукт отечественным и ждать успеха. Решение должно быть надёжным, понятным, сервисопригодным, если так можно выразиться, экономически оправданным и готовым к промышленной эксплуатации.

Я считаю, что сильная модель – это некая комбинация: собственное программное ядро, локальная инженерная экспертиза, партнёрство с производителями оборудования, постепенное развитие отечественной компонентной базы и глубокое понимание реальных складских процессов. Именно по этому пути мы и идём. «Бизнесу нужно не “железо”, а решения, работающие на эффективность».

– Что для вас означает статус резидента «Сколково»?

– Для нас это не имиджевая история, а подтверждение технологического вектора. Чтобы стать резидентом, недостаточно сказать, что ты занимаешься инновациями. Нужно показать проект, его потенциал, технологическую составляющую, возможность развития. Статус резидента «Сколково» для ROBBOX важен как элемент доверия и как возможность развивать инновационную повестку: WCS, роботизация, машинное зрение, интеллектуальное управление складскими потоками, перспективные решения на базе искусственного интеллекта. Но сам по себе статус ничего не заменяет. Главный экзамен – это рынок. Клиенту важно, чтобы система работала, давала эффект и была надёжной. Поэтому мы рассматриваем «Сколково» как платформу для развития, но свою репутацию строим прежде всего на реализованных проектах.

– Как искусственный интеллект может изменить складскую логистику?

– Искусственный интеллект уже постепенно меняет складскую логистику, но я бы не стал относиться к нему как к волшебной палочке. Его ценность появляется там, где есть данные, процессы и управляемая инфраструктура. ИИ может помогать прогнозировать нагрузку, оптимизировать маршруты, управлять распределением заданий, анализировать узкие места и стабильность работы оборудования, повышать качество контроля, работать вместе с машинным зрением. Например, система может видеть отклонения, распознавать ошибки, помогать диспетчеру принимать решения, перераспределять потоки в зависимости от текущей загрузки.

Но базой всё равно остаётся правильная архитектура склада. Если процессы не описаны, оборудование не связано, данные не собираются, искусственный интеллект не даст нужного эффекта. Поэтому мы смотрим на ИИ как на следующий уровень зрелости, а не как на замену инженерному мышлению.

– Ваша группа работает и с новым оборудованием, и с модернизацией существующих складов. Что сегодня более востребовано?

– Востребованы оба направления. Новые проекты позволяют сразу заложить правильную архитектуру: здание, оборудование, автоматизацию, программное управление. Это идеальный вариант, потому что меньше компромиссов.

Но в России огромное количество действующих складов, которые уже работают, хотя нуждаются в повышении эффективности. Там другие задачи: нельзя остановить бизнес, нужно внедрять решения поэтапно, учитывать существующее оборудование, ограничения здания, персонал, сезонность.

Модернизация часто сложнее нового строительства. На новом объекте ты проектируешь с чистого листа. На действующем складе нужно аккуратно встроиться в уже работающий процесс. Но именно здесь особенно ценен опыт – потому что ошибка может остановить операции клиента.

– Как вы подходите к выбору оборудования и поставщиков?

– Мы исходим из задачи клиента и технической целесообразности. У нас нет цели продвигать одного конкретного производителя любой ценой. На рынке есть разные решения: российские, китайские, европейские, оставшиеся в эксплуатации системы известных мировых брендов. Важно понимать, что именно подходит под конкретный проект.

Мы смотрим на надёжность, сроки поставки, сервис, запасные части, совместимость с программным управлением, стоимость владения и возможность дальнейшего масштабирования. Иногда лучше выбрать более простое, но надёжное решение. Иногда оправдана более сложная автоматизация.

Для клиента наша позиция удобна тем, что мы не ограничиваем его рамками одного каталога. Мы можем собрать систему из разных компонентов и обеспечить их совместную работу. К тому же у нас огромный запас оборудования, что позволяет зайти в проект со стадии эскизного проектирования, с детальной проработкой в ходе стадии подготовки оборудования и поставки, то есть начать проект хоть с завтрашнего дня (улыбается). Время – деньги!

– Что сегодня является главным запросом клиентов: снижение затрат, скорость, независимость от персонала или технологичность?

– Все эти запросы связаны. Но если выделить главное, бизнес хочет управляемости и предсказуемого результата. Снижение затрат важно, но не всегда является единственной целью. Иногда важнее увеличить пропускную способность склада без расширения площади. Иногда – снизить зависимость от ручного труда. Иногда – обеспечить точность комплектации или подготовиться к росту заказов.

В последние годы многие компании также стали думать о технологической независимости. Им важно понимать, кто будет обслуживать оборудование, кто будет заниматься доработкой системы, есть ли возможность получить открытый исходный код системы, кто обеспечит запасные части и что будет через 3–5 лет.

Поэтому клиент всё чаще выбирает не просто поставщика, а партнёра, который сможет сопровождать развитие склада вдолгую.

– Как вы видите развитие Группы компаний «Бережливый склад» в ближайшие годы?

– Мы будем развиваться как комплексный инженерно-технологический партнёр для складской и производственной логистики. Для нас важны четыре направления: складское оборудование, автоматизация и роботизация, строительство быстровозводимых объектов и профессиональный монтаж.

Особый фокус – развитие ROBBOX и собственной WCS-платформы. Мы видим большой потенциал в интеграции оборудования разных производителей, модернизации существующих складов, создании отечественных решений для автоматизации и применении ИИ в складских процессах.

Также будем усиливать строительное направление. Рынку нужны быстрые, качественные, экономически понятные здания под склады, производство, логистику и коммерческие задачи. Когда строительство связано с логистической экспертизой, клиент получает гораздо более сильный результат.

«Мы одни из немногих, кто может запустить почти любое оборудование, которое осталось без поддержки иностранных производителей».

– Какой принцип вы считаете главным в управлении таким многопрофильным бизнесом?

– Главный принцип – ответственность за результат. Когда у тебя несколько направлений, легко разойтись в разные стороны. Поэтому важно, чтобы все компании группы работали не сами по себе, а вокруг общей идеи: создать для клиента эффективную, надёжную и масштабируемую логистическую инфраструктуру.

Я всегда исхожу из практики. Поверьте, за 20 лет в складском бизнесе я видел разные проекты, разные ошибки, разные подходы. И главный вывод простой: бизнес ценит тех, кто не обещает невозможного, а профессионально делает свою работу и отвечает за последствия своих решений.

Для меня важно, чтобы клиент после завершения проекта понимал: он получил не просто оборудование, не просто здание и не просто программу. Он получил инструмент, который помогает его бизнесу зарабатывать, расти и быть устойчивее.

– Если бы нужно было сформулировать миссию группы одной фразой, как бы она звучала?

– Мы создаём инфраструктуру интралогистики, которая работает на эффективность бизнеса клиента.

Для нас это не лозунг. В этой фразе есть всё, чем мы занимаемся: бережливый подход, инженерная ответственность, технологии, строительство, монтаж, автоматизация и долгосрочное партнёрство. Склад будущего – это не обязательно полностью роботизированный объект без людей. Склад будущего – это разумно спроектированная система, способная гибко меняться под требования бизнеса, где применяются технологии, которые действительно дают эффект. Именно такие системы мы и стремимся создавать.

Беседовала Алина Волкова