Благодаря современной хирургии женщины могут «здесь и сейчас» обрести пышные формы, а мужчины, обходящие стороной спортзал, – стройное тело.

Сегодня с помощью пластической хирургии можно также вернуть прежнюю подтянутость и красоту лица и тела. Хирург поможет решить множество проблем: от обвисшей кожи на руках (поможет брахиопластика) до последствий кормления грудью (маммопластика).

Про главные тренды эстетической хирургии и грамотный выбор специалиста мы поговорили с реконструктивно-пластическим, эстетическим хирургом Семёном Федосовым.

Семён Федосов – реконструктивно-пластический, эстетический хирург. Дипломированный эксперт в своей отрасли. Проходил обучение на базе «центра хирургии молочных желёз» у доктора Roger K. Khouri (Miami Breast Center, Key Biscayne, Florida; США, г. Майами, ш. Флорида).

• Член Международного общества пластических и реконструктивных хирургов (ISAPS);
• ассоциированный член Российского общества пластических, реконструктивных и эстетических хирургов (РОПРЭХ);
• член Международной конфедерации пластической хирургии (ICOPLAST).
В экспертном интервью мы поговорили о том, как сегодня развивается пластическая хирургия и какие новые тенденции появились в отрасли;
• член Национального общества реконструктивной микрохирургии.

– Семён Игоревич, вы выполняете широкий спектр пластических операций. Какие направления в пластической хирургии являются для вас приоритетными?
– В настоящее время у современного пластического хирурга нет такого понятия, как приоритетное направление. Современная пластическая хирургия обязывает хирурга выполнять широкий спектр операций, а не быть «специалистом по пятке левой стопы». Это клиническая дисциплина, имеющая свою специфику, сложности, направленность и, конечно, определённый процент осложнений, с которыми хирург должен успешно бороться и доводить начатую работу до конца. Узконаправленные специалисты, к сожалению, зачастую не могут решить ту или иную проблему.
Я выполняю комплексные операции на лице и теле продолжительностью от четырёх часов, любого спектра сложности и направленности. Не занимаюсь ринопластикой, потому что считаю, что данная операция должна быть выполнена правильно как эстетически, так и функционально, а это прерогатива лор-специалистов. Рынок пластической хирургии сейчас достаточно большой и переполнен специалистами, которые зачастую не могут устранить возможные осложнения. В моей клинической практике примерно 30% составляют пациенты, которые нуждаются в повторной или корректирующей операции, исправляющей положение после ранее выполненной: вторичная маммопластика, пластика тела, повторные SMAS-лифтинги, коррекции рубцов, коррекция контурной деформации лица и тела.
Ну и моя отдушина – реконструктивная хирургия молочных желёз. Ещё 6-7 лет назад, работая в федеральном онкологическом учреждении, я выполнял достаточно много реконструктивных операций на молочных железах. Сейчас, занимаясь в большей степени частной медициной, я, как правило, беру двух пациенток в год, которым делаю бесплатную операцию по восстановлению молочной железы. Это является вкладом в общее дело и направлено на комплексное лечение рака молочной железы, а именно на поддержку женщины, её психологической и физической целостности. Потому что мало победить болезнь, нужно ещё, чтобы женщина, перенёсшая её, не стеснялась похода в бассейн, сауну, чувствовала себя полноценным звеном общества.

– Сегодня пластика стала популярным способом преображения. Что представляла собой сфера пластической хирургии, когда вы только пришли в неё? Как можно охарактеризовать процессы, произошедшие в отрасли с тех пор? Какие тенденции наблюдаются сегодня?
– В России сегодня наблюдается такая тенденция: каждая четвёртая девушка обращается за помощью к пластическому хирургу.
Когда я начинал свою карьеру, пластической хирургии как таковой не существовало, это была специальность, которой по мере необходимости занимались профессионалы различной направленности: челюстно-лицевые хирурги, абдоминальные хирурги, комбустиологи, лор-специалисты и т. д.
Я понимал, что не могу получить достаточный объём знаний в нашей стране, и мне пришлось ехать в США, обучаться пластической и реконструктивной хирургии у американских коллег. В настоящее время в России создана сильная школа пластической хирургии с достойными профессорами и преподавателями, которые могут вырастить грамотных специалистов. Мой путь был достаточно тернистым, и если говорить об образовании, то я, скорее, представитель американской школы хирургии.

– С какой темой вы выступите спикером на мероприятии «Инновационная школа эстетической медицины – 2023»?
– Я буду рассказывать о новом методе эстетической реконструкции молочных желёз у молодых девушек. Речь пойдёт о гипопластическом аномальном развитии молочных желёз. У меня на данный момент по этой теме два патента РФ. Это новая методика, которая представляет собой реконструкцию посредством трансплантации собственной жировой ткани без применения таких инородных тел, как импланты. Пациент получает эстетические результаты только за счёт собственных тканей. Эта методика позволяет избежать рисков развития специфических осложнений, характерных для инородных тел. На мой взгляд, это методика будущего, которая будет использована повсеместно, если мы преодолеем лишь одну проблему – дефицит донорской жировой ткани. Ведь на такие операции зачастую приходят очень худенькие девушки, и имеется недостаток пластического материала.
С данной темой я буду также участвовать в международной олимпиаде по пластической хирургии ISAPS, которая будет проходить в этом году в Греции. Я думаю, наши зарубежные коллеги тоже должны оценить эту методику, а я закреплю за собой право новатора в данном направлении.

– Вы часто проходите курсы повышения квалификации, участвуете в тематических конгрессах, конференциях по профессиональной тематике. Что вам даёт такой опыт?
– Мы посещаем конгрессы, где обмениваемся драгоценным опытом. В настоящее время масса методик известна, много пособий и руководств написано, но в любом случае специалист в клинической практике опирается, прежде всего, на собственный опыт. А он состоит из мелочей. И на подобном конгрессе ты можешь узнать у коллег про новый хирургический приём или новый шов, которые позволят улучшить клинические результаты и предоставить всё самое лучшее для пациентов. Наша специальность постоянно прогрессирует, появляются новые продукты на рынке пластической хирургии, поэтому нельзя стоять на одном месте. Непрерывное образование является обязательным условием в нашем деле. Как говорят мои старшие коллеги: «Если хирург уверен, что ему нечему больше учиться, ему нужно прекращать оперировать».

– В чём вы видите свою миссию в пластической хирургии?
– С одной стороны, как клиницист, я хочу, чтобы мои пациенты получали всё самое лучшее из мира пластической хирургии. Люди, которые оперировались у меня, были помещены в зону психологического комфорта и в разговорах ссылаются на меня как на человека, который помог им жить в гармонии со своим телом. Моя миссия как учёного – наверное, оставить своё наследие в пластической хирургии, чтобы специалисты, вступающие на эту нелёгкую дорогу, могли избежать ошибок, которые в своё время совершал я, и были на ступень выше, чем я и мои сверстники в начале пути. Эволюция – это когда твои ученики становятся лучше тебя. Своей миссией я могу назвать внесение вклада в эволюцию пластической хирургии.

Подготовила Эльвина Аптреева