Новое время рождает новых героев, размах и масштаб работы которых поражает воображение, хотя умения, как и у Левши, ювелирны. Они могут, например, провести тоннель глубоко под руслом реки, под болотом, в скалах или под взлетно-посадочной полосой аэропорта с миллиметровой точностью и места выхода на поверхность. Они научились видеть под землёй лучше, чем мог обладатель мифического цветка папоротника. Про таких мастеров уместно сказать, что они «сказку делают былью». С одним из них, генеральным директором ООО «Сентябрь», фирмы, занимающейся горизонтально направленным бурением, Владимиром Алексеевичем Бурмистровым, (кстати, тоже туляком), побеседовал наш корреспондент.

-Владимир Алексеевич, почему вы назвали свою компанию «Сентябрь»? На первый взгляд, такое название подходит скорее для производителя школьных учебников, или скажем, плодоовощной продукции…

- В 1993-м году нам срочно нужно было зарегистрировать только что созданную компанию. Причем фактически мы уже работали, выполняли заказы. А при регистрации возник такой нюанс: название фирмы не должно было дублировать уже имеющиеся. И что бы только мы не придумывали: «Строительное управление», «Строительное предприятие» и так далее, при проверке оказывалось, что фирма с таким названием уже где-то есть. Мы даже растерялись немного. И уж не помню, кто из нас предложил: «Сегодня 23 сентября, вот давайте «Сентябрь» и назовём! Сначала восприняли как шутку. Потом посмотрели: концерн «Август» есть, «Октябрь» - понятно, есть, а вот «Сентября» нет. Так и появилась компания «Сентябрь». Никто, да и сам я тогда не задумывался над смыслом «случайно» выпавшего названия. Но вообще-то не зря народ сложил про этот месяц поговорки: «Хмур сентябрь, да щедр», «Сентябрь мокропогоден, зато плодороден». За четверть века наш «Сентябрь» пережил вместе со страной и «тучные» годы, и несколько кризисов, но свою работу мы всегда делали на совесть, и «Сентябрь» нас не подводил. Не зря же за 25 лет за нами не числится ни одного невыполненного проекта, а было их за эти годы. За время работы мы проложили более 18 тысяч километров труб.

- Когда вы задумывали свою компанию, предполагали, в каких именно направлениях она будет развиваться, или сначала это была просто строительная фирма?

- С самого начала я позиционировал компанию как специализированное строительно-монтажное предприятие по прокладке инженерных коммуникаций различного назначения, мобильное, имеющее возможность проводить работы в различных регионах России. Начинали мы, правда, с Москвы и Московской области. «Сентябрь» изначально специализировался на прокладке инженерных коммуникаций как открытыми, так и закрытыми способами. Мы сразу приобрели тоннелепроходческий щит отечественного производства, и занимались прокладкой новых тоннелей и капитальным ремонтом изношенных, в основном - в системе «Мосводоканала». Затем, по мере роста предприятия, развития технологий, появления нового оборудования рамки расширялись. Да и опыта мы набирались, хотя его и на момент открытия было немало. Я сам учился этой профессии и трудился в ней всю жизнь, строил рудники, шахты, подземные коммуникации. Прошел путь от машиниста проходческого щитового комплекса до начальника крупного специализированного управления в системе «Мосинжстроя».

- А почему приняли решение посвятить себя этой профессии?

- Родом я из Тульской области, из шахтёрского городка Щёкино. Там вокруг Подмосковный угольный бассейн, и шахтёр, горный инженер – это в моих родных краях были самые почетные профессии. И папа мой на шахте работал, правда, он рано ушёл из жизни. В общем, сомнений в выборе профессии у меня не было. Поступил на горный факультет Тульского политехнического института со специализацией «строительство подземных сооружений и шахт». По окончании института работал на строительстве в «Алтайшахтстрое», три года трудился в Монголии, как тогда говорили, «выполняя интернациональный долг». Потом трудился в системе «Союзтоннельстроя» проходчиком на подземных работах, начальником участка, главным инженером Сочинского управления. Чтоб вы представляли масштаб, участки у нас были в Баку, Махачкале, Ялте, Ростове на Дону, Краснодаре и на всём черноморском побережьи нынешней России. Затем в МосИнжСтрое. Так что к 1993-му опыта хватало, да и специалисты вокруг собрались под стать. Некоторые со мной все 25 лет, хотя есть в компании и молодежь. На данный момент мы практически превратились в своеобразное «Управление Уникальных Работ»: если есть на территории России проблема по нашему профилю действительно сложная, к нам обращаются, в том числе и как к экспертам. В числе компаний, прибегавших к нашей экспертной помощи, например, «Газпром». В частности, мы участвовали в переговорах с китайской стороной по прокладке газопровода «Силы Сибири» под Амуром, и, надо сказать, с большой пользой для дела. Нас не пугает ни сложность, ни объемы работ.

- И в каких направлениях развивалась компания?

-Сначала, как я говорил, специализировались по строительству коммуникаций различного назначения, не только водопроводов, но и других инженерных сетей. А к середине 90-х в нашей области появилась принципиально новая техника. За прошедшие двадцать лет в подземном строительстве свершился революционный переворот, оно стало развиваться не менее динамично, чем, скажем, интернет. Сама технология горизонтально направленного бурения возникла в Америке, потом её оперативно подхватила Германия. Первые серьезные проекты - тоннели под Рейном, под Одером, были осуществлены в 1980-е годы. Направление начало развиваться тогда, когда появилась система локации, позволяющая передавать из-под земли все необходимые данные: о глубине, положении бурового инструмента, температуре и других параметрах. Фактически эту технологию можно назвать «управляемое бурение», мы под землёй можем двигаться не только горизонтально, а в любом направлении, под любым углом. В 1995 году мы приобрели, одними из первых в России и первыми в Подмосковье, установку горизонтально направленного бурения. И первыми в регионе начали широко внедрять ГНБ для прокладки инженерных коммуникаций бестраншейными способами. Работаем там, где нельзя копать: под железными и автодорогами, реками и другими сооружениями. Это чудесная техника: работая круглогодично, мы в течение нескольких лет вышли на рубеж укладки в месяц до 15 км трубопроводов различного назначения. Сегодня у нас 9 буровых комплексов, позволяющих бурить и в городских стеснённых условиях, вести прокладку магистральных трубопроводов диаметром до 1,5 метров и до полутора и более километров в длину. Фактически большая установка, производства, например, концерна «Herrenknecht», представляет из себя мобильный завод, продукция которого - готовая труба для магистральных трубопроводов, проложенная в любых грунтах, включая скальные и другие сложные породы.

-То есть он производит трубы на месте?

-Трубы, стальные и полиэтиленовые, мы покупаем, причем при использовании последних я готов дать гарантию на полвека. Мы работаем только с высококачественной продукцией российских производителей, ( в случае с полиэтиленовыми трубами это- заводы системы «Полипластик»). Поймите, если трубы будут некачественные, при такой нагрузке, которую они испытывают при прокладке установками ГНБ, они просто порвутся, и вся работа пойдет насмарку. Так вот, на место мы доставляем все оборудование и необходимые материалы, трубы свариваем, бурим скважины, укладываем и сдаём заказчику трубопровод «под ключ».

-Так мы говорили о пошаговом развитии компании…

-Мы много работали для московских организаций, нашими заказчиками были «Мосводоканал», Правительство Москвы, областные строительные организации. Большой массив работ провели для компании «Московские кабельные сети»,( ныне - «Московская электросетевая компания»). За три года мы «развязали» им все аварийные узлы в Москве, и, наверное, не осталось не одной столичной улицы, под которой мы не прокладывали бы какие-либо коммуникации.

Второе направление, которым мы занимались, расширив спектр своих услуг - санация магистральных газопроводов, в том числе для компании «Мосгаз». Мы завезли новейшее немецкое оборудование, и совместно с ними санировали более 100 км магистральных газопроводов, «закрыв» самые критичные места. В результате газопроводы получили вторую жизнь с гарантией эксплуатации не менее 50 лет без всяких раскопок.

Третье направление, которым мы начали заниматься - бурение нефтяных скважин. Как говорит министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской, появилась необходимость разработки так называемых «трудно извлекаемых» запасов нефти. Это ценнейшее сырье для нефтехимии, но раньше им не занимались, так как не было оборудования, которое позволяло бы эффективно добывать именно тяжёлую битумную нефть. Около четырех лет назад мы переоборудовали одну из своих установок для бурения скважин для добычи «тяжелой» нефти и на объектах «Татнефти» под Альметьевском, на Ашальчинском месторождении сверхвязкой нефти, пробурили около 20 скважин около километра длиной. На одну скважину уходило по две недели. К сожалению, резкое падение цен на нефть в позапрошлом году эту работу приостановило. Мы ещё недолго поработали на «Лукойл-Коми» в Ухте этой установкой, и пришлось всё законсервировать. Но в целом это очень перспективное направление, потому что Россия - третья в мире страна по объему запасов «трудно извлекаемой» нефти, после Венесуэлы и Кувейта. Например, это вся Западная Сибирь, Баженовская свита. И в будущем, хотим мы или нет, нефтедобыча будет постепенно двигаться в этом направлении. Обычная, жидкая нефть быстро истощается. Сейчас потребности человечества быстро меняются, но нужда в нефти ещё надолго останется.

Или вот я недавно был в Крыму, в Симферополе. Там маленький кусочек побережья весь облеплен нефтяными буровыми платформами «Черноморскнефтегаза», и все они расположены неподалёку от берега. Каждая платформа - около миллиарда долларов затрат, и масса экологических опасностей. Имея технологию направленного бурения, там нужно бурить с берега и осваивать ближние шельфы. Это гораздо меньшая экологическая угроза и на порядок эффективнее.

Ещё один аспект: сегодня большую наболевшую проблему представляют мусорные полигоны. И эта проблема будет только усугубляться. Совместно с ИПКОН РАН, которому поручено научное сопровождение этой проблемы, мы предложили целый комплекс работ по изоляции фильтрата этих свалок. Бурение наклонных скважин позволяет решить в этой области несколько важных вопросов. Во-первых, исключить попадание фильтратов в грунтовые воды. Замечу, что грунтовая вода, по-видимому, станет в ближайшее столетие одним из самых больших богатств нашей страны.

Как мы можем исключить отравление земель и вод фильтратами мусорного полигона? Вот, взгляните на этот чертёж! Это - уникальное здание в Москве, а под ним - тоннель метро. Были опасения, что грунт в этом месте может просесть. Так вот, мы под этим зданием бурим веер скважин и через него делаем бетонную плиту, такое «ложе» под фундаментом, и просадка исключена. Мы таких работ уже достаточно сделали в столице. А теперь представьте, что это не здание, а свалка. И это бетонное «ложе» под ней не пропустит фильтраты в почву. Во-вторых, метод ГНБ может использоваться и для дегазации полигона. В-третьих - для снижения температуры горения с помощью водно-глинистого раствора. Плюс мы изолируем очаги возгорания от воздуха. Это позволит сократить на 99% выброс в атмосферу вредных веществ, возникающих в процессе горения мусора. Кроме того, возможна подача в верхние слои бентонитового раствора, который послужит удобрением для посадок при рекультивации. Сейчас наши предложения рассматриваются в ИПКОН, мы готовы предложить широкий спектр услуг в этом направлении.

Поскольку компания разрастается, мы вышли на работу в качестве подрядных организаций по комплексному инженерному сопровождению строительства ряда объектов. Так, за последний год мы в максимально сжатые сроки выполнили прокладку более 100 км полиэтиленовых труб для кабелей при реконструкции Щелковского шоссе по программе «Чистое небо», заказчик - Правительство Москвы. Мы намечаем целый ряд других работ, позволяющих ООО «Сентябрь» выйти на новый уровень. Решается вопрос о приобретении ещё одного комплекса нового оборудования, которое ещё не используется в России, корпорации «Herrenknecht». Но и без него на вооружении компании - мощнейшая, иногда - уникальная техника

-Есть ли у вас столь же крупные конкуренты в области ГНБ?

- Конечно! В нашем регионе мы начали первыми. Но «Газпром» чуть позже, совместно с немецкой компанией, создал предприятие для собственных нужд, «ВИС-МОС». Таких «монстров» больше в мире нет, потому что нигде нет таких объемов прокладки трубопроводов. Вообще, поскольку технология ГНБ последние десятилетия бурно развивалась, сегодня это целая подотрасль, сотни установок работают в России, десятки фирм в каждом регионе занимаются прокладкой коммуникаций этим методом. Наша компания участвовала в создании Российского общества бестраншейных технологий (РОБТ) Международной Ассоциации специалистов горизонтально-направленного бурения – МАС ГНБ.

-Как удается выдерживать такую большую конкуренцию при снижении спроса?

-Только за счёт профессионализма и опыта. Конечно, мы не конкуренты там, где наши товарищи могут прокопать траншеи экскаватором или лопатой: это намного дешевле. Но там, где нужно решение сложной задачи, необходима квалификации, мы выигрываем. В ООО «Сентябрь» постоянный штат около 100 человек, и практически все - высококвалифицированные специалисты. А, например, для сотрудничества с такими крупными системами, как «Газпром», «Транснефть», «Трансгаз» и другие, требуется высочайшая квалификация. Например, чтобы получить свидетельство на право работать на подряде и генподряде с «Газпромом», мы год дополнительно учили наших специалистов в его учебных центрах. Сейчас нашими партнёрами являются «АЛРОСА», «Газпром», «Стройтрансгаз» и другие гиганты, с которыми не могут работать люди без необходимой высочайшей квалификации.

- О каких наиболее масштабных или сложных проектах, выполненных за 25 лет, вам хотелось бы рассказать?

- Например, о строительстве канализации в Павшинской пойме. Там для жилой застройки нужно было проложить напорную канализацию под Москвой-рекой и МКАД. Требования жесточайшие, в районе МКАД множество коммуникаций, и нельзя было допустить никаких просадок и повреждений. Причем трасса проходила по дуге и в плане, и в профиле. Мы разработали собственную беспросадочную технологию, позволившую полностью справиться с заданием. За эту работу ООО «Сентябрь» получил диплом от Правительства Москвы.

Или вот: мы принимали большое участие в подготовительных работах по строительству автомагистрали от улицы Маршала Жукова до МКАД в том числе – для моста и Серебряноборских тоннелей. Нами по собственному проекту были проложены под Москвой-рекой сети электроснабжения Серебряноборских тоннелей. Это действительно уникальные по масштабу работы: две скважины по 650 метров и диаметром около 1200 мм, по которым проложено по 12 труб для высоковольтных кабелей. Нам пришлось проектировать самим, потому что это отказались делать ведущие московские проектные институты. И с тех пор по самым сложным объектам проектирование выполняет наша проектная группа.

За выполнение уникальных работ у нас есть награды от руководства Московской области и Москвы.

- Приехав на базу ООО «Сентябрь» в Балашихе, я очень удивилась, обнаружив, что она находится фактически в лесу, совершенно автономно от города. Сосновый лес, тишина, красота…

- Да, у нас хорошо, на территории белки бегают, лисы лисят выводят в обрезках труб, дикие утки живут, мы их оберегаем. Место с очень интересной историей. Если вы бывали раньше в Балашихе, наверное, видели здешний памятник «Катюше». Так вот, на этой базе разрабатывалось топливо для ракет. Секретнейшее предприятие было создано в 1943 году, когда немцы стояли под Москвой, по личному указанию Берии. Здесь до 90-х годов был «почтовый ящик». Но вспомните, что творилось с тогда с оборонкой? И это предприятие выставили на продажу. Вот мы базу и приобрели. К тому времени она превратилась в свалку московских строительных компаний, мы отсюда вывезли около 5 тысяч машин разного хлама. Реконструировали котельную, построили насосную станцию, организовали теплый склад, две нитки электроснабжения от независимых подстанций, обеспечили мощную ремонтную базу для техники. Но, конечно, есть на эту территорию и другие планы. Мы решили построить здесь и уже спроектировали корпус для выпуска станков, необходимых для добычи трудноизвлекаемых запасов нефти. Сейчас в мире их выпускается в год штук 20, и все уходят в Америку, на сланцевые разработки. Нашей стране, чтобы добывать тяжелую нефть, нужно выпускать тоже штук по двадцать в год. Поэтому Минпромторг и включил подобное производство в план импортозамещения в качестве первоочередного. В перспективе эти станки понадобятся не только в России.

- Что для вас входит в понятие «социальной ответственности бизнеса»?

-Для меня это прежде всего - поддержка сотрудников фирмы. Люди у нас получают достойную профессионалов зарплату, по мере возможности мы помогаем им приобретать жилье, поэтому текучки у нас практически нет. Участвуем в благотворительных программах. Но не люблю об этом говорить.

- Стены вашей приемной и личного кабинета-все в дипломах. Расскажите об этих наградах!

-За годы у меня выработалось кредо: награда, за которую нужно хоть что-то заплатить, - не награда. Но если меня профессионалы отмечают, коллеги, это, конечно, дорогого стоит. Вот, например, нагрудный знак «Горняцкая слава». А вот, есть такое Некоммерческое партнёрство «Горнопромышленники России», и при нем Высший Горный Совет России, я его член. Ещё - член общественного совета при «Роснедрах». Всё не перечислишь, да и лишнее это...

-Если смотреть в перспективу, каким вы видите будущее компании «Сентябрь»? По каким векторам она будет развиваться?

- Строительство и прокладка трубопроводов будут всегда, значит, и мы будем осваивать новые технологии в этом направлении. Затем-дегазация. Ведь первые установки наклонно направленного бурения разрабатывались для дегазации угольных пластов в Германии. А у нас к этой проблеме пока наплевательски относятся. Источники газа располагаются часто в выработанных и засыпанных затем полостях. А где выработано, туда деньги вкладывать не хочется. Отсюда все эти трагедии с взрывами в Воркуте, в Кузбассе. Дегазация ведется по новым пластам, а выработанное пространство бросают. А все эти работы по дегазации можно и нужно вести с поверхности, чтобы не мешать разработке угольного месторождения. В этом направлении ведутся определённые переговоры.

О следующем направлении, нефтедобыче, я уже говорил. Плюс то, что связано с мусорными полигонами. Во взаимодействии с ИПКОН РАН мы создали научно-производственную корпорацию «Развитие», вместе будем вырабатывать комплексные решения.

Вообще, технология ГНБ еще слишком узко используется. А его можно, например, применять при добыче калийных удобрений по так называемой технологии выщелачивания. И другие направления наверняка будут возникать, тем более , что эта технология - просто подарок для экологии. Нам надо только думать, искать заказчиков и работать!