– Ольга Николаевна, ООО «Лоретт» – инновационный стартап, инженерная компания, основанная в 2017 году с участием Фонда развития интернет-инициатив, с марта 2018-го – резидент фонда «Сколково». Расскажите о лабораторном комплексе спутникового мониторинга «Лоретт», разработанном вашей компанией. В чём заключается уникальность компании «Лоретт» и предоставляемых ею услуг?

– Проект «Лоретт» (LoReTT – от Local Real Time Tool) – лабораторный комплекс спутникового мониторинга, предназначенный для приёма, декодирования, регистрации и обработки цифровой информации, передаваемой с искусственных спутников Земли, находящихся на низких околоземных орбитах. Он создан в рамках продолжения нашей миссии по удешевлению, ускорению и упрощению доступа к данным дистанционного зондирования Земли из космоса. Работу в этом направлении мы с моим мужем, генеральным директором компании «Лоретт», выпускником МФТИ по специальности «радиофизика», кандидатом физико-математических наук Владимиром Гершензоном, ведём вместе уже 30 лет, давно являясь экспертами в области систем ДЗЗ и их применения.

Что же касается комплекса «Лоретт», подобного предложения на мировом рынке нет, что подтверждено полученным нами недавно патентом. Аппаратно-программные комплексы спутникового мониторинга «Лоретт» и «Лентикулярис» (тоже наш продукт – комплекс для приема данных с метеоспутников) на сегодня не имеют аналогов по соотношению «цена– качество–габариты». Мы уверены, что в будущем онлайн-мониторинг Земли из космоса станет привычной частью жизни, как мобильные телефоны или навигаторы. Просто мы пытаемся немного опережать время. Когда-то я показала мужу мобильник со словами: «Хочу принимать данные из космоса в режиме реального времени вот на такой примерно аппаратик!» Владимир Евгеньевич долго над этой идеей работал, в итоге получился приёмный комплекс «Лоретт».

В 1996-м станция, которую мы заменяли своей, была 13-метрового диаметра, а мы в «СКАНЭКС» создали станцию 1,6 м, в 8 раз меньше. А сейчас мы ещё упростили, удешевили и уменьшили наши станции, вес сократили в 25 раз. Правда, пришлось пожертвовать радиусом обзора. Большие станции позволяют принимать информацию в радиусе 2,5 тысячи км от места установки; комплексы «Лоретт» – в радиусе 200 км. «Лоретт» принимает изображения Земли из космоса с разрешением до 1 м и лучше. Зато, в принципе, можно всю Землю покрыть такими станциями, и они будут предоставлять снимки на любую территорию нашей планеты в режиме онлайн. И именно сокращая радиус обзора станции, можно получить данные быстрее – они могут быть с любого аппарата, которые принимает и обрабатывает комплекс «Лоретт», доступны фактически во время пролёта спутника. Речь здесь идёт о задержке на минуты или даже секунды. Согласитесь, на основе информации, которая поступает со спутника через сутки или даже через три часа, невозможно при ЧС принять верное решение!

Жизнь показывает, что скоро на околоземных орбитах будет работать огромное число спутников. И в работе с космическими данными выиграет тот, кто сможет получать их и генерировать продукты на их основе максимально оперативно.

– Вы активно занимаетесь образовательными проектами. С чем связан акцент на образовательной составляющей? Что благодаря ей можно изменить? Будут ли подобные проекты входить в стандарты школьного обучения?

– Наши проекты не зря называются «Прозрачный мир», «Космический патруль», «Дежурный по планете». Спутниковые данные делают мир прозрачнее, и очень важно, чтобы это усвоили, научились этим пользоваться сегодняшние школьники! Мы хотим, чтобы ребёнок не просто абстрактно воспринимал информацию из космоса, а с её помощью реально влиял на мир, почувствовал себя полезным. Скажем, есть у нас есть проект «Бельки» – поиск школьниками залежек гренландских тюленей на льду Белого моря с помощью космических снимков высокого разрешения.

Бельки, детёныши тюленя, не умеют плавать, и, если по льдам, где они лежат, проходит ледокол, просто тонут. Я разговаривала с капитаном ледокола, и он рассказал: «Я сам иногда вижу, что иду прямо на них, но свернуть не могу: у меня сзади караван». Есть специальное решение Архангельского морского порта, рекомендующее обходить залежки тюленей, но о них надо заранее знать, чтобы составить обходной маршрут. Мы используем спутники разных операторов, но самое лучшее разрешение – 50 см: прекрасно видны взрослые тюлени на льду. Детёныши белые, их не видно, но мы учим детей по косвенным признакам определять, где они. Школьники передают свою информацию в штаб ледовых операций, и на её основании изменяются маршруты караванов. И ребята понимают, что они могут реальные жизни спасти!

Или вот в той же Иркутской области многих населённых пунктов, которые затопило, на карте просто нет. А в жизни – есть! Была идея с помощью детей по снимкам «нарисовать» эти домики. Чтобы на местах знали, что там кто-то живёт, значит, его спасать надо!

Пока в рамках проектов мы отбирали одарённых детей, а по идее надо, наоборот, вовлекать как можно больше школьников. Необходимо сделать эти технологии частью общеобразовательного процесса. Вот сейчас мы разрабатываем инженерный конструктор, который можно внедрить, например, при преподавании уроков технологии. Думаю, это будет востребовано и за рубежом. Вообще-то это междисциплинарная тема, но если её внедрить в курс технологии, который всё больше становится сейчас смежным с информатикой, этакой информационно-коммуникационной технологией, это позволит сделать более популярным наше направление.

– Оставим за рамками разговора плюсы применения вашей технологии в разведывательных целях, тем более что «Лоретт» – частная коммерческая компания. Ваши разработки неоценимы в метеорологии, экологии, при ЧС, а где ещё?

– Сейчас одна компания снимает 26 тысяч объектов в Китае и продает индекс деловой активности страны. На основе данных ДЗЗ делаются выводы о том, что происходит с экономикой. Да и экология ведь очень тесно связана с экономикой. Большие перспективы для наших технологий в налогообложении, страховании в сельском хозяйстве и других, кажущихся неожиданными сферах.
Сейчас «белых пятен» на планете не осталось, зато полно «чёрных». Главное – начать на основе законодательства использовать данные из космоса как элемент доказательства нарушений. Например, при нелегальном рыболовстве. Благодаря космическим данным можно с точностью определить координаты морского судна: если они совпадают с GPS-треком, все в порядке, если нет – это судно-нелегал.

Или вот пример: наш давний проект мониторинга нарушений при установке неводов. При ловле лосося, идущего на нерест, допускались преступления перед природой. Крыло невода нужно ставить на 2 метра, а рыболовные компании ставили на 4. С земли зафиксировать такие нарушения из-за труднодоступности нереально, а ущерб исчислялся миллионами. Нас попросили провести мониторинг ситуации из космоса. В итоге в 2010 году было 77 компаний-нарушителей, а через несколько лет осталось только 8! В Гонконге, на конференции GlobalFishIndustry, после доклада об этом экологи аплодировали нам стоя.

Или вот пример: экологи-общественники в Амурской области определяют по ДЗЗ нарушение правил золотодобычи и сообщают в Росприроднадзор. В итоге нарушения прекращаются. Или – нелегальная вырубка леса. Из космоса можно отслеживать изменения лесного покрова и оперативно делать выводы.

Необходимо создать такое нормативное законодательство, чтобы космическая съёмка стала основанием для штрафов и судов, и мы сейчас над этим работаем. Платят же граждане штрафы за нарушение ПДД на основании видеосъёмки, и никого это уже не смущает!

Сейчас активно развиваются беспилотники, но часто по ним ещё более тяжёлая ситуация с секретностью, чем со спутниковыми данными. Компании, оплачивающие работу этих аппаратов, ждут по два месяца, пока их данные рассекретят. Из космоса мониторить дешевле и данные получать быстрее. А вообще, у нас идёт разработка системы, которая будет данные и со спутников, и с беспилотников принимать в режиме реального времени. Мы на этой основе хотим развивать ситуационные центры. При принятии управленческих решений по ЧС вовремя полученная информация является бесценной. Она помогает предотвратить огромные ущербы, не говоря о спасении человеческих жизней. После наводнений в Иркутской области уже говорят о 29 млрд рублей ущерба, а ситуация ещё развивается. Стоимость предотвращения ЧС с помощью ДЗЗ по сравнению с таким ущербом – просто копейки.

– Получаете ли вы помощь от государственных структур?

– Мы являемся резидентами «Сколково», и это на практике нам помогает. Например, мы на грант купили две необходимые специализированные программы, на другие микрогранты оплачивали командировочные. А главное, у нас налоговые льготы, что для компании-разработчика с высокими затратами принципиально. Есть и льготы по социальному налогу, по налогу на прибыль и НДС. Руководство «Сколково» активно проводит встречи с резидентами и внимательно их выслушивает. Заметно желание поддерживать диалог с резидентами и помогать компаниям.

– Кто сейчас мировые лидеры в области работы с данными ДЗЗ? И может ли Россия догнать их?

– В части наземных систем для приема данных ДЗЗ – это Норвегия и Швеция. В части спутниковых технологий – Америка, Франция, Израиль, да уже многие страны. Нам же сильно мешает ностальгическое ощущение, что мы «великая космическая держава». На самом же деле мы в данном секторе занимаем ничтожную долю рынка, при том что у нас действительно есть уникальные технологии. В принципе, «догнать и перегнать» возможно, но при выполнении целого ряда условий. Каких – разговор отдельный. А вообще, я не люблю работать там, где уже кто-то действует. Мне интересней пробовать там, где другие даже не догадываются, что это в принципе возможно. Чтобы потом удивлялись: «Надо же, а нам даже в голову не пришло!» И – да, трудностей на таком пути много, зато и от перспектив дух захватывает!

Беседовала Елена Александрова