– Георгий Валерьянович, с чего начинался ваш профессиональный путь?

– Я родился в семье папы-милиционера и мамы – учителя русского языка и литературы, а рос в семье прадеда – адвоката Российской империи. Он владел немецким, французским, английским, выписывал из Петербурга «Свод Законов Российской Империи». Второй прадед был судьёй, дядя мамы – прокурором, поэтому я с детства мечтал стать юристом.

Окончив юридический, принял решение быть судьёй. С ноября 1990 года работал помощником председателя Октябрьского районного суда Екатеринбурга. В 1999 году квалификационная коллегия рекомендовала меня судьёй по уголовным делам, но в силу неопределённых причин вернули обратно.

12 декабря 1993 года была принята Конституция Российской Федерации – гуманный основной закон, основанный на принципах верховенства прав и свобод человека. Однако её произвольное правоприменение в России обязало меня быть особенно требовательным к соблюдению законности. Меня сильно огорчает, когда правоприменители разных уровней и суды допускают существенные нарушения прав человека, не стремятся их восстановить, игнорируют конституционные гарантии, хотя обязаны выполнять требования закона.

Расстроенный низким уровнем правозащиты, решил уйти в адвокатуру: сдал квалификационный экзамен, получил статус адвоката, чтобы более эффективно защищать права и свободы человека. 25 августа 1999 года поступил в адвокатуру. В 2000 стал заведующим юридической консультацией, в 2003-м был избран председателем президиума Уральской коллегии адвокатов. С 2014 по настоящее время состою в Адвокатской палате города Москвы. С сентября 2020 являюсь президентом Международной Московской коллегии адвокатов «Абшилава и Партнёры».

– Кто сегодня ваши основные клиенты?

– Физические лица и субъекты предпринимательской деятельности: корпоративные и интеллектуальные споры, налоговые реконструкции и банкротства.

– Как вы оцениваете уровень юридической помощи в России?

– В настоящем представляю адвокатскую деятельность по обеспечению адвокатской помощью каждого, кто нуждается в защите прав, свобод и законных интересов на всей территории РФ. Огорчают суды, которые произвольно применяют законы. Правоприменение отличается бессистемностью, отсутствием единообразия и малоэффективностью в защите прав и свобод человека и гражданина.

– С какими проблемами сталкиваетесь в работе?

– Конституция системно проработана, справедлива и гуманна. Гражданское и уголовное законодательства ей соответствуют. Однако правоприменение произвольное. Пренебрежение требованиями основного и специального закона приводят к неэффективной деятельности Генпрокуратуры, ФСБ, СК и МВД.

– Какие проблемы юриспруденции сегодня наиболее остры?

– Непоправимый вред наносят судебное усмотрение и произвольное правоприменение. Это приводит к правовой неопределённости, подрывает инвестиционную привлекательность страны, наносит ущерб национальной безопасности.

– Вы видите выход в институте суда присяжных?

– Институт присяжных – благо, необходимо его расширять, так как присяжные не назначаются президентом и не зависят от исполнительной власти. Наши же судьи назначаются президентом, а увольняются Высшей квалификационной коллегии судей, назначаемых президентом. Судьи часто имеют кредитные обязательства перед финансовыми учреждениями и боятся потерять возможности погашения кредитов. В этом контексте судебная власть является зависимой – ей приходится обслуживать интересы исполнительной власти, а не граждан.

– Насколько уголовное право соответствует международным нормам?

– Российское уголовное право, основанное на Конституции и общепризнанных принципах и нормах международного права, полностью соответствует самым высоким требованиям. Однако оно страдает от дискреционного и произвольного правоприменения.

– Какие научные темы для вас приоритетны?

– Сфера моего внимания – применение институтов охраны, защиты прав и свобод человека, а также реабилитация. Мой интерес связан с созданием параллельного конституционно-институционального судопроизводства, основанного на коллегиальности судьи права, судьи процесса и конституционного судьи. Судья права проверяет законность правоприменения, судья процесса – процессуального применения, конституционный судья – соответствие Конституции и международным нормам и договорам. Затем они принимают коллегиальное решение. Если правоприменение существенно нарушает Конституцию, а сомнения не опровергнуты доказательствами, лицо подлежит оправданию.

– Какой видите профессию юриста через 10 лет?

– Правозащитная деятельность адвоката будет востребована всегда, даже если всё вокруг будет роботизировано и интеллектуально автономно. В любом развитом обществе успех гражданских институтов полностью зависит от активной правозащитной деятельности защитников и адвокатов.