Именно с этой целью на территории страны ведет свою деятельность Российско-Кыргызский Фонд развития. О том, какую роль в процессе развития бизнес-пространства играет фонд, а также о российско-киргизском сотрудничестве рассказал Кудяков Олег Амирович, заместитель Председателя Правления РОССИЙСКО-КЫРГЫЗСКОГО ФОНД РАЗВИТИЯ

- Российско-киргизский фонд развития был создан в 2014 году. Смог ли фонд достичь целей и задач за 7 лет?
- Несмотря на то, что соглашение о создании фонда было подписано в ноябре 2014 года, к фактической операционной деятельности нам удалось приступить летом 2015 года. За почти 7 лет реальной работы, фонд показал хорошие результаты. Можно сказать, что он стал народным фондом для Кыргызстана. Его хорошо знают на территории страны, главным образом в бизнес-сообществе. Учредителями фонда являются правительства двух наших стран. Чаще всего, его называют в бизнес среде Росфондом, а не РКФР, что подразумевает его принадлежность к российской стороне, ведь основной капитал 500 миллионов долларов был сформирован именно со стороны России.
За всё это время, нам удалось нарастить капитал и увеличить валюту баланса до 580 млн. долларов США. Фонд демонстрирует ежегодную прибыль последовательно за все годы с даты его основания. Впечатляют и показатели основной деятельности организации – инвестиции в экономику Киргизии составили более 400 миллионов долларов. Заёмщики в совокупности уже погасили половину этой суммы. От качества выдаваемых кредитов зависит размер и условия дальнейших инвестиций в проекты. Когда заёмщик возвращает средства – они быстро вкладываются в новый проект.
Сейчас наш кредитный портфель составляет около 200 миллионов долларов, а более 300 миллионов являются, так называемыми, «временно свободными средствами» и хранятся в казначейском портфеле, что служит хорошим подспорьем в вопросе обеспечения дополнительного дохода, источником субсидирования процентных ставок по льготным программам и предоставления грантовых средств.
- Расскажите, как отбирались проекты, которым предоставляли кредиты? И какие отрасли были приоритетны?
- В Кыргызстане существует и успешно реализуется на территории страны национальная стратегия «Устойчивого развития 2020-2040». Именно она устанавливает приоритетные стратегии и перспективные для развития отрасли экономики Киргизстана: гидроэнергетика, сельское хозяйство, лёгкая промышленность, туристическая отрасль. Мы прилагаем финансовые усилия к тем отраслям, которые являются в национальном приоритете, и создаём наиболее выгодные условия для финансирования таких компаний: сроки финансирования до 10 лет, льготная ставка, которая в два раза ниже рыночной ставки среди коммерческих банков. Согласно статистике, средняя ставка коммерческих банков составляет 9% годовых в долларах США, в то время, как мы кредитуем по ставке, приближенной к 4% годовых в долларах. В местной национальной валюте средняя ставка коммерческого сектора составляет где-то 18%, мы кредитуем до 10% годовых.
Возвращаясь к вопросу об отраслях, стоит отметить, что перечисленные ранее отрасли, действительно для нас приоритетны и привлекают не только компании Кыргызстана, но и российских инвесторов. Киргизия на 90% имеет горный ландшафт, поэтому проекты гидроэнергетики здесь наиболее конкурентоспособны, как и проекты в сфере солнечной энергии. Сфера сельского хозяйства также интересует потенциальных инвесторов, ведь почвы Киргизии достаточно плодородные, славятся богатым урожаем различных культур. Например, урожайность по сахарной свёкле является самой высокой по евразийскому союзу, вместе с тем издержки на производство сахара на местных заводах выше российских.
Целью Фонда является создание конкурентноспособных производств, которые свою продукцию смогут продавать не только в рамках рынка ЕАЭС, но и на внешних рынках. А для этого недостаточно иметь просто хорошие природно-климатические условия, необходимо привлекать современный менеджмент, закупать передовое оборудование, снижать себестоимость продукции. Наша задача передать киргизскому бизнес сообществу более передовой опыт управления, инновационные отраслевые стратегии развития, поддержать в финансовом смысле конкурентные проекты.
- Скажите, киргизские компании привлекают российский менеджмент к реализации проектов, в том числе и в сфере энергетики?
- Да. Как раз недавно у нас открылся филиал московского Гидропроекта (дочернее предприятие компании «Росгидро»), с которым мы начали активно сотрудничать. Мы планируем финансировать проекты по разработке технико-экономического обоснования строительства средних и малых ГЭС. Гидропроект обладает огромным опытом по реализации более чем двухсот проектов в данной сфере. Также мы работаем с российской корпорацией «Росатом», разработавшей совместно с местной компанией для нас сфере гидроэнергетики один из проектов, который мы планируем профинансировать в ближайшее время. Мы сформировали специальный фонд поддержки и сопровождения проектов, средства которого выделяем на безвозмездной основе на оплату услуг различных производственных и финансовых консультантов, в том числе из России. Эти компании-консультанты помогают нашим клиентам оценить необходимые технические решения для реализации проекта, выбрать оптимальное оборудование, построить финансовую модель проекта и т.д.
- Повлияла ли пандемия коронавируса на деятельность Фонда? С какими трудностями столкнулся Фонд в свете текущей эпидемиологической ситуации и снижения активности предпринимательской деятельности?
- Да, действительно, было сложно. Особенно в 2020 году, когда властями Киргизии был введён режим ЧС, а карантинные меры значительно ограничили экономическую активность. Закрытие границ крайне негативно отразилось на наших проектах: было остановлено авиасообщение, приостановлена поставка грузов, отсутствовала возможность приезда зарубежных специалистов по запуску и наладке оборудования, экспортный потенциал не получил возможность реализации. Мы последовательно ввели три пакета антикризисных мер. Они были направлены на длительную отсрочку нашим клиентам по выплате кредитов и коснулись более 80% от всех наших заемщиков. Данные меры, как показало время, были оправданы. Большинство компаний, которым мы дали отсрочки, сумели воспользоваться ими и восстановили свою деятельность. Также, мы создали максимально льготные условия финансирования для компаний, деятельность которых была направлена на создание средств индивидуальной защиты: были развёрнуты цеха по производству масок, антисептических средств и иных средств индивидуальной защиты.
- С какими результатами и выводами вы заканчиваете 2021 год?
- Нужно отметить, что и 2021 год стал непростым. Хотелось бы отметить, что наши меры поддержки смогли закрыть важную задачу – сохранить бизнес наших клиентов. Мы рассмотрели перечень перспективных проектов на 2022 год: ряд проектов по гидроэнергетике, ряд проектов, связанных с телекоммуникационным бизнесом, железнодорожными перевозками, сельским хозяйством. Данные направления имеют хороший производственный потенциал, и в них будет присутствовать большая доля закупок российского оборудования.
- Насколько продукция с лейблом «Сделано в Кыргызстане» конкурентоспособна на российском рынке? Что скажете о соотношении качества и цены?
- Здесь мы должны сказать и о ряде проблем, которые затрудняют прохождение киргизской продукции на российский рынок. Подавляющая доля бизнеса в Киргизии принадлежит субъектам МСП, что делает затруднительным выход продукции на экспорт. В секторе АПК, мы финансируем более крупных игроков – логистических центров и агрегаторов, которые собирают продукцию фермеров в различных регионах страны. Задача усложняется тем, что каждый фермер ведёт своё хозяйство не по каким-то определённым унифицированным стандартам, а исходя их фактически натурального хозяйства. Агрегатору сложно собирать фермерскую продукцию разного качества, в то время, как торговые сети предъявляют высокие требования по соблюдению определённых стандартов. Поэтому сейчас ведётся большая работа по унификации продукции. Фондом были профинансированы два крупных проекта по сахарной свёкле – сахароперерабатывающие заводы «Кошой» и «Каинды-Кант». Два завода имеют большой мультипликативный эффект с точки зрения занятости населения (около 30 тысяч человек), обеспечивающего сдачу свёклы для производства сахара. И, здесь, мы работаем над тем, чтобы была более тесная связь между фермерами, производителями свёклы и сахароперерабатывающим заводом с позиции контроля этапов производства и снижения издержек.